---

Видео на тему: Alexander Zhegrov - видео

Удалены реверберации (оригинал 2:15-2:45) для комфортного прослушивания на разных ТВ. Просмотр видео стал возможен благодаря программе Topaz Video Ai v6 (prob4, thm2, stab, chf3) Инсценировка повести А.Линдгрен "Мы на острове Сальткрока". Сальткрока - это утопающий в алых розах шиповника и белых гирляндах жасмина остров, где среди серых щербатых скал растут зеленые дубы и березки, цветы на лугу и густой кустарник. Остров, за которым начинается открытое море. Чтобы на него попасть, нужно несколько часов плыть на белом рейсовом пароходике «Сальткрока-I». На нем-то и отправилась в один прекрасный июньский день семья коренных стокгольмцев по фамилии Мелькерссон: отец и четверо детей, чтобы провести незабываемые летние каникулы... Инсценировка Л. Закашинской по повести А. Линдгрен Музыка Л. Присса Стихи Ю. Кушака Действующие лица и исполнители: Рассказчик - Ю. Волынцев Мелькер Мелькерсон, писатель - Б. Иванов Малин, его дочь - Н. Швец Юхан, его сыновья-близнецы - Л. Долгорукова Пелле, младший сын - Ю. Федотенкова Чёрвен - С. Лаврентьева Мэрта Гранквист, ее мать - В. Кудинова Ниссе Гранквист, ее отец - А. Аугшкал Дедушка Сёдерман - В. Полупарнев Вокальный квартет "Аккорд" Ансамбль "Мелодия" под управлением Г. Гараняна Режиссер И. Мироненко Звукорежиссер А. Штильман Редактор М. Бутырская00:00 Summer is ended 01:56 The island 06:04 Human and cat 11:35 The Beach of mirrors 15:00 The Aperture 21:00 Ancient ruins 24:40 Lakes 25:53 Zenit 27:00 Limassol Salt Lake 29:13 Winter 33:08 And it's winter too 33:08 Happy New YearБРОНЗОВАЯ ПТИЦА (1958) РАДИОСПЕКТАКЛЬ СССР на фоне Оксфорда и его окрестностей. А. Рыбаков Постановка 1958 года Николая Александровича Оркестр п/у Бориса Шермана Действующие лица и исполнители: Миша - Олег Анофриев Ерофеев - Степан Бубнов Коровин - Ролан Быков Графиня - Антонина Гунченко Директор детдома - Вячеслав Дугин Гена - Валентина Ершова Граф - Борис Иванов Слава - Евгений Михайлов Васька Жердяй - Юлия Юльская. Действие спектакля происходит в пионерском лагере, где Миша Поляков со своими друзьями Генкой и Славкой проводят лето. Лагерь находится на территории старой усадьбы. Ребятам предстоит разгадать тайну бронзовой птицы, украшающей фасад графского поместья, а заодно раскрыть загадочное убийство...«Конёк-Горбунок» на фоне парка в Кисловодске Запись 1964 г. Съёмка начало апреля 2021 г. Музыкально-литературная композиция по сказке Петра Ершова. Фрагменты из симфонической сюиты Родиона Щедрина «Конёк-Горбунок». Оркестр Большого театра СССР. Дирижёр Альгис Жюрайтис. Автор композиции: 3оя Чернышева Роли и исполнители: Отец - Сергей Лукьянов Гаврило - Виктор Хохряков Данило - Сергей Лукьянов Иван - Олег Анофриев Кобылица - Клара Лучко Конёк-Горбунок - Валентина Сперантова Царь-Горох - Николай Светловидов Царь-девица - Клара Лучко Спальник - Георгий Вицин Кит - Леонид Пирогов Ведущий - Виктор Хохряков Треклист: 00:00:45 Часть 1. За горами, за лесами 00:09:52 Часть 2. Раз Данило 00:22:53 Часть 3. Вот неделей через пять 00:28:22 Часть 4. Вот приехали в столицу 00:36:23 Часть 5. Вот столицы достигает 00:44:20 Часть 6. Стал четвёртый день зориться 00:49:51 Часть 7. Ну, Ванюша, раздевайся Время: 54:50 Издатель: «Мелодия» Носитель: WEB / Digital Release Качество: mp3, 128 kbps Корректировка файлов: ley-barmaley Есть писатели и поэты, имена которых связаны для читателей с одним произведением. В эту единственную книгу они вложили весь свой талант. К числу таких писателей относится и автор замечательной русской сказки «Конёк-Горбунок» — Пётр Павлович Ершов (1815—1869). Ершов — автор многих произведений, но они забыты, а «Конёк-Горбунок» вот уже более ста лет продолжает жить, увлекая не одно поколение читателей. Почти всю свою жизнь Ершов прожил в Сибири. В 17 лет он поступил в Петербургский университет, а через два года написал свою знаменитую сказку. Вскоре она была опубликована. Имя молодого поэта узнала вся Россия. Успех «Конька-Горбунка» ввёл Ершова в литературную среду. Он познакомился с Жуковским и Пушкиным, которые тепло отозвались о произведении. Существует литературное предание, будто первые четыре стиха в сказке написаны Пушкиным. И хотя это не подтверждено, известно, что Пушкин что-то выправил и эти исправления были затем внесены в последующие издания. Возвратившись в Тобольск, Ершов становится преподавателем гимназии, продолжает писать стихотворения и прозу, но для литературной России он так и остался лишь автором «Конька-Горбунка». В «Коньке-Горбунке» Ершов сумел передать колорит русской народной речи. В сказке торжествует добро и справедливость, авторские симпатии на стороне любимого народного героя — Иванушки. Николаевская цензура распознала опасную направленность произведения. «Конёк-Горбунок» вышел в свет со значительными сокращениями, а через несколько лет был и вовсе запрещён. В советское время сказка обрела вторую жизнь. В наши дни «Коньком-Горбунком» восхищаются и взрослые и особенно дети, которым она неизменно доставляет большую радость. По мотивам сказки Ершова созданы детские спектакли, балеты, кинофильмы. Балет «Конёк-Горбунок» написан в 1955—56 гг. Ярко национальная, искрящаяся задором и молодостью музыка Р. Щедрина правдиво раскрывает содержание популярнейшей сказки П. Ершова. Р. Щедрин (1932) учился в Московском хоровом училище, позднее — в Московской консерватории, которую окончил в 1955 г. по классу композиции Ю. Шапорина и по классу фортепиано Я. Флиера. Перу композитора принадлежат произведения различных жанров. Талант композитора отмечен ясной национальной характерностью. Слушатель, впервые знакомящийся с музыкой Р. Щедрина, легко определит, что это русская музыка. Её мелодика, гармония, ладовый строй исходят из народных истоков. Есть в даровании композитора ощущение комического. Он умеет весело, задорно, а подчас и ядовито, саркастически подчёркивать комизм характеров, ситуаций, сценических положений. И в этом обаяние, свежесть, оригинальность творчества молодого автора. Тема балета «Конёк-Горбунок» (1955—56 гг.) оказалась близкой таланту Р. Щедрина, его творческим устремлениям. В музыке обрели яркую образность и простоватый, мечтательный Иван, и его самодовольные братья, и напыщенный старикашка Царь-Горох, и фантастичная Царь-Девица. Широко представлены в балете жанровые («Пляс Ивана», «Девичий хоровод», «Цыганский танец») и фантастические сцены («Оживление Царь-Девицы», «Серебряная гора» и др.), в которых проявилось умение композитора дать меткую музыкальную зарисовку, изобразительность музыкального письма. (Мелодия, Д 013717-18)Зелёный фургон. Сторона 1. Радиоспектакль 1971 года 0:22 Часть 1. Назначение. Первые шаги начальника уголовного розыска 10:32 Часть 2. Шестаков и Володя обсуждают план поимки бандита Червня 15:23 Часть 3. Володя и Грищенко отправляются за Красавчиком Зелёный фургон. Сторона 2. Радиоспектакль 1971 года 0:00 Часть 4 Поимка и побег Красавчика 9:12 Часть 5 Оперативная группа идёт брать бандита Червня 17:41 Часть 6 Бандиты сдались 23:44 Прибой 33:29 Горы Турции с высоты 1000 метров «Зелёный фургон» Главная редакция радиовещания для детей, 1971 Автор: Александр Владимирович Козачинский (1903 – 1943) Инсценировка: Елизавета Моисеевна Метельская Режиссёр: Борис Тираспольский Редактор: Мария Краковская Песни: Владимир Высоцкий Роли и исполнители: Ведущий / доктор Владимир Степанович Бойченко — Евгений Весник Владимир Алексеевич Патрикеев — Всеволод Абдулов Виктор Прокофьевич Шестаков — Олег Ефремов Красавчик — Владимир Высоцкий Грищенко — Виктор Новосельский Начальник уголовного розыска — Евгений Перов Анна Семёновна Мурашко — Людмила Шапошникова Нюра — Елена Королёва Доктор — Григорий Лямпе В эпизодах — Борис Левинсон Песню «Нет друга, но смогу ли...» исполняют Владимир Высоцкий и Всеволод Абдулов -------------------------------------------------------------------------------- Радиоспектакль по одноимённой повести. О работе Одесского угрозыска в первые годы советской власти. Юный Володя Патрикеев назначен начальником угрозыска в Севериновке. Оперативная группа под его руководством занимается поисками бандита Червеня. /Аннотация ГТРФ/ У автора этой книги, Александра Владимировича Козачинского, была нелёгкая человеческая судьба. Трудными, кружными путями, преодолев немало житейских превратностей, пришёл он в литературу. С юности он был неизлечимо болен туберкулёзом и умер молодым, в самом начале своего писательского пути. А начало это обещало много. Короткая писательская судьба А. В. Козачинского, словно в возмещение нарушенной справедливости, протекала под исключительно счастливой звездой. Он стал писателем признанным и любимым необычно быстро и легко. Широкий литературный успех пришёл к А. В. Козачинскому сразу после его повести «Зелёный фургон». Его тепло, радостно приняли и юные и взрослые читатели. Многие писатели и критики — Евг. Петров, Ю. Герман, Л. Славин, Е. Усиевич, А. Роскин и другие — дали «Зелёному фургону» очень высокую оценку. Менее чем за четыре года «Зелёный фургон» был издан трижды. Словом, А. В. Козачинский вошёл в советскую литературу как желанный гость, у которого на руках некий чудодейственный ключ, открывающий все двери и все сердца. Этот «ключ» — его прекрасный, поистине пленительный талант. У А. В. Козачинского был точный писательский глаз, которым он удивительно зорко видел окружающий мир; тонкий писательский слух, доносивший до него дыхание глубоких пластов жизни; цепкая писательская память, воссоздающая приметы и атмосферу эпохи, образы людей, их мысли и чувства, но отсеивающая всё мелкое и случайное. Козачинскому был присущ сдержанный, можно даже сказать, поэтический юмор. Наконец, он отлично владел основным писательским оружием: метким, скупым, выразительным языком. И всё же всех этих качеств недостаточно для объяснения успеха его произведений. Главное в его таланте — это любовь к людям, любовь к жизни. Была эта любовь, как у очень юных людей, как у подростков, застенчивая скрытная, заслоняемая чуть иронической улыбкой. Но ощущалась она явственно и привлекала читателя неотразимо. «Зелёный фургон» представляет собою то, что у нас называется приключенческой, иногда детективной повестью. Содержанием её является борьба с бандитизмом на Одесщине на заре советского строя. Александра Бруштейн (из послесловия к книге А. Козачинского «Зелёный фургон») /Аннотация к пластинке «Зелёный фургон» (Мелодия, М50 36677-78)/Максим Горький "Песня о соколе" Читает Абрам Петросян 1966 год Мелодия Апрельский завод грампластинок (Д 00018875-6) СССР SONG OF THE FALCON Translated into English by Margaret Wettlin The boundless sea, lapping lazily where the shore-line ran, slumbering motionless in the distance, was steeped in blue moonlight. Soft and silvery, it merged at the horizon with the blue of the southern sky and slept soundly, mirroring the transparent fabric of fleecy clouds that also hung motionless, veiling, but not concealing, the golden tracery of the stars. The sky seemed to be bending down to the sea, trying to catch what the restless waves were whispering as they washed languidly over the shore. The mountains, covered with wind-twisted trees, hurled their jagged peaks into the blue waste above, where their harsh contours were softened by the warm and caressing darkness of the southern night. The mountains were gravely contemplative. Their dark shadows lay like confining garments upon the surging green waves, as if they wished to stay the tide, to silence the ceaseless plashing of the water, the sighing of the foam - all sounds violating the mysterious silence which flooded the scene, as did the silvery blue radiance of a moon not yet emerged from behind mountain peaks. "Al-lah ak-bar!" came softly from the lips of Nadir Ragim-ogly, an aged Crimean herdsman - tall, white-haired, tanned by the southern sun - a lean and wise old man. He and I were lying in the sand beside a huge rock draped in shadow and overgrown by moss - a sad somber rock that had broken away from its native mountain. One side of it was festooned with seaweed and water plants which seemed to bind it to the narrow strip of sand between sea and mountains. The flames of our camp-fire lighted the shore-side, and their flicker sent shadows dancing upon its ancient surface, scarred by a network of deep crevices. Ragim and I were boiling some fish we had just caught, and we were both in a mood that made seem lucid, inspired, accessible to the understanding; our hearts were light and innocent and the only thing we wanted to do was lie here and dream. The sea lapped at the shore, the sound of the waves so gentle that they seemed begging to warm themselves at our fire. Now and then the even hum of the surf was interrupted by a higher and more playful note: that would be one of the bolder waves creeping to our very feet. Ragim lay facing the sea, his elbows dug into the sand, his head in his hands, gazing thoughtfully into the shadowy distance. His sheepskin hat had slipped to the back of his head and a fresh sea breeze fanned his high forehead covered with fine lines. He made philosophical observations, without caring whether I listened or not, as if he were talking to the sea. "A man who serves God faithfully goes to heaven. And one who does not serve God or the Prophet? Maybe he's out there - in that foam. Maybe those silver spots on the water are him. Who knows?" The dark and heaving sea grew brighter, and patches of moonlight were scattered haphazardly over its surface. The moon had slipped out from behind the shaggy mountain-tops and was now dreamily pouring its radiance on the shore, on the rock beside which we were lying, and on the sea, which rose to meet it with little sigh. "Ragim, tell me a story, " I said to the old man. "What for?" he asked, without turning his head. "Oh, just because like your stories". "I've told you all of them. I don't know any more". He wanted to be coaxed, and I coaxed him. "If you want me to, I'll sing you a song, " he consented. I was only too glad to listen to one of his old songs, and so he began reciting in a sing-song voice, trying to preserve the cadence of the ancient melody. I High in the mountains crawled a Snake and it came to rest in a misty gorge looking down on the sea. High in the sky shone the sun, and the breath of the mountains rose hot in the sky, and the waves down below broke loud on the rocks. And swift through the gorge, through the darkness and mist, flowed a river, upturning the stones in its rush to the sea. Crested with foam, vigorous, hoary, it cut through the rock and plunged to the sea with an angry roar. Suddenly a Falcon with blood on its wings and a wound in its breast fell out of the sky into the gorge where the Snake lay coiled. It uttered a cry as it struck the earth and lay beating its wings on the rock in despair. The Snake was frightened and darted away, but soon it saw that the bird was doomed, that the bird would die in a minute or two. So back it crawled to the wounded bird and tauntingly hissed in its ear: "So soon thou must die?" "So soon must I die, " said the Falcon, sighing. "But oh, I have lived! I have tasted of happiness, fought a good fight! I have soared in the sky! Never shalt thou, poor thing, see the sky as have I!" "The sky? What is that? Why, nothing at all. Could I crawl in the sky? Far better this gorge - so warm and so damp. .... (5000 limit)Кортик (Радиоспектакль, видео - пейзажи Англии) часть 1 - 00:01:00 часть 2 - 00:52:52 Год выпуска: 1982 г. Автор: Анатолий Рыбаков Режиссёр: Николай Александрович Композитор: Владимир Терлецкий Оркестр под управлением Юрия Силантьева Запись с радио "Культура" Исполнители: Поляков (от автора) — Игорь Кваша Миша — Михаил Лобанов Гена — Владимир Василенко Слава — Игорь Власов Полевой — Вадим Захарченко Никитский — Всеволод Ларионов Коровин — Анна Горюнова Шурка — Алексей Борзунов Филателист — Чеслав Сушкевич Алексей Иванович — Николай Граббе Тётя Соня — Нина Агапова Борька “Жила” — Лев Шабарин Терентьева — Мария Пастухова Подволоцкая — Софья Гаррель Свиридов — Алексей Сафонов Вожатый — Александр Михайлов в эпизодах и массовых сценах — артисты московских театров. Описание: Герои Анатолия Рыбакова – обычные московские школьники. Наблюдательность и любопытство Миши, Генки и Славки не дают им скучать, они предпочитают жизнь насыщенную и беспокойную. Загадка старинного кортика увлекает ребят в приключения, полные таинственных событий и опасностей.Радиоспектакль в двух частях на фоне побережья Ла-Манша (Англия) ковидосамоизоляционных времён. Часть 1 00:00:50 Часть 2 00:43:30 Режиссер: Осип Абдулов. Действующие лица и исполнители: Ведущий - Алексей Консовский; Капитан Немо - Михаил Астангов; Профессор Аронакс - Юрий Лавров; Консель, слуга профессора - Павел Павленко; Нед Ленд, знаменитый гарпунщик - Николай Темяков; Капитан фрегата - Осип Абдулов; Матросы - Алексей Зубов, Михаил Абрамов. 1950 гИсполнитель: Заслуженный артист России Василий Куприянов Рассказ этот впервые был опубликован в конце 1937 года, в парижской эмигрантской газете «Последние новости». В сущности, именно он и открывает знаменитый бунинский цикл, следуя там непосредственно за рассказом с тем же самым названием — «Тёмные аллеи». «Кавказ», как и многие другие произведения из цикла «Тёмные аллеи», был написан Буниным очень быстро и, в то же время, психологически предельно достоверно — настолько достоверно, что очень трудно поверить, будто сюжет этого рассказа (как и сюжеты прочих рассказов из цикла «Тёмные аллеи») является не воспоминанием автора, а лишь плодом его фантазии. Сам Бунин впоследствии неоднократно обращал на это внимание: «Все думают, что я пишу с такой реальностью и убедительностью только потому, что обладаю «необыкновенной памятью», что я всё пишу «с натуры», то, что со мной самим было, или то, что я знал, видел» — и добавлял: «Никто не верит, что я почти всегда всё выдумываю — всё, всё. Обидно!» Почти всегда… Насколько же «выдуман» или, быть может, «не выдуман» сюжет «Кавказа»? Вот как об этом говорится в заметках Бунина «Происхождение моих рассказов»: Написал этот рассказ, вспомнив, как однажды — лет сорок тому назад — уезжал из Москвы по Брянской дороге с женой одного офицера, с которой был в связи и которую он провожал на Брянском вокзале в Киев, к её родителям, не зная, что я уже сижу в поезде, еду с ней до Тихоновой пустыни. Это была очаровательная, весёлая, молоденькая, хорошенькая женщина с ямочками на щеках при улыбке, решительно ничем не похожая на ту, что написана в «Кавказе», сплошь, кроме воспоминания о вокзале, выдуманном; на Кавказском побережье я тоже никогда не был, — был только в Новороссийске и в Батуме, видел прочее побережье только с парохода. А муж её вполне мог застрелиться именно так, как в рассказе, если бы узнал про её измену.читает Алла Демидова (Это урезанная версия рассказа) Художественный проекте «Чтения. Уроки русского». Рассказы из сборника «Темные аллеи» Режиссер Кирилл Серебренников Рассказ этот впервые был опубликован в конце 1937 года, в парижской эмигрантской газете «Последние новости». В сущности, именно он и открывает знаменитый бунинский цикл, следуя там непосредственно за рассказом с тем же самым названием — «Тёмные аллеи». «Кавказ», как и многие другие произведения из цикла «Тёмные аллеи», был написан Буниным очень быстро и, в то же время, психологически предельно достоверно — настолько достоверно, что очень трудно поверить, будто сюжет этого рассказа (как и сюжеты прочих рассказов из цикла «Тёмные аллеи») является не воспоминанием автора, а лишь плодом его фантазии. Сам Бунин впоследствии неоднократно обращал на это внимание: «Все думают, что я пишу с такой реальностью и убедительностью только потому, что обладаю «необыкновенной памятью», что я всё пишу «с натуры», то, что со мной самим было, или то, что я знал, видел» — и добавлял: «Никто не верит, что я почти всегда всё выдумываю — всё, всё. Обидно!» Почти всегда… Насколько же «выдуман» или, быть может, «не выдуман» сюжет «Кавказа»? Вот как об этом говорится в заметках Бунина «Происхождение моих рассказов»: Написал этот рассказ, вспомнив, как однажды — лет сорок тому назад — уезжал из Москвы по Брянской дороге с женой одного офицера, с которой был в связи и которую он провожал на Брянском вокзале в Киев, к её родителям, не зная, что я уже сижу в поезде, еду с ней до Тихоновой пустыни. Это была очаровательная, весёлая, молоденькая, хорошенькая женщина с ямочками на щеках при улыбке, решительно ничем не похожая на ту, что написана в «Кавказе», сплошь, кроме воспоминания о вокзале, выдуманном; на Кавказском побережье я тоже никогда не был, — был только в Новороссийске и в Батуме, видел прочее побережье только с парохода. А муж её вполне мог застрелиться именно так, как в рассказе, если бы узнал про её измену.